/* Горизонт */

//-->

"Изделие 8K71": факты и версии


Надежды не отменяются

Семерка В пусковом бункере, у трех перископов, Королев, Воскресенский и Носов - главный конструктор, его зам по испытаниям и стреляющий. На «красную кнопку» пультового устройства нажимал лейтенант Чекунов. Темнело. В 19.01 (по Москве) прошла команда «Контакт подъема». Начался отсчет полетного времени. Голос подполковника Носова тонул в гуле огненного смерча, вырывающегося из сопел двигателей. Дрожала земля, дрожал бетонный пол, звенело в ушах. Ракета быстро набирала высоту. «Шестьдесят секунд, полет нормальный... Восемьдесят секунд... Сто»... Хронометры зафиксировали 103,6 секунды, когда сработала система аварийного выключения и ракета упала в районе 300-500 километров от места старта.

Госкомиссия, которую возглавлял В.М.Рябиков, обсуждала предварительные результаты расследования уже на третий день. «После долгих и жарких споров о причинах случившегося в акте было записано: «Авария произошла из-за неполадок в работе блока «Д»; пожар и разрушение трубопроводов привели к тому, что ракета потеряла устойчивость». До разделения ступеней не хватило каких-то 10 секунд.

На полигоне в тот вечер, когда пускали «семерку», был большой «гудеж». Ликовали часов до трех ночи. И разработчики, и испытатели, и военные стартовики. Что бы там ни случилось, но ракета поднялась, пролетела сотни километров, устойчиво управлялась в полете, сработали все системы сложнейшего пускового комплекса. Словом, надежды не отменялись. - Со старта ушла отлично, - подытожил Королев. - Летать будет!

Это произошло сорок лет назад, 15 мая 1957 года.

Миллион дерзаний

«Семерка», Р-7, БРДД - это разные названия одного и того же «изделия» № 8К71» Под таким шифром проходила в технической документации и закрытых постановлениях ЦК и Совмина баллистическая ракет дальнего действия. Однако еще раньше появилось обозначение «Тема-1» и ракета Т-1 Тезисы доклада по результатам исследования перспектив развития оружия, призванного лишить Америку неуязвимости, с которыми Королев выступил на техническом совете НИИ-88, датированы 27 декабря 1951 года. Тогда же ученый совет института одобрил предложения главного конструктора.

Заложенная в конструкцию Р-7 система компоновки «пакет» впервые появилась в работах К.Э. Циолковского. Позднее М.К.Тихонравов обосновал рациональность «схемы пакета блоков различной размерности». Не ради истории привожу эти факты. Упреждая естественный вопрос: «Кто истинный творец «семерки»?», скажу: так на- зываемый структурно-однородный пакет просчитывали по заданию Королева в Институте М.В.Келдыша, проектный отдел ОКБ возглавлял К.Д.Бушуев, многое привнесли инженеры Г.Ю.Максимов, С.С.Крюков, С.С.Охапкин, первый заместитель Королева В.П.Мишин...

Двигатели - В.П.Глушко, бортовые системы - Н.А.Пилюгина, В.И.Кузнецова, М.С.Рязанского... Кстати, Охапкин тоже был замом, его называли «главный конструктор при главном конструкторе». Королев «приглядел» Охапкина еще в 1942 году в омской «шараге» на заводе № 156, куда был «заметен» НКВД.

Трудно перечислить всех причастных. И все-таки «семерку» по праву называют королевской. Ведь он, как главный конструктор, должен был заставить слушать себя, думать, как он, влиять на события, собирать вокруг себя личностей. Как музыка, создаваемая оркестром, составляется из многочисленных и разнообразных, но связанных между собой звучаний, так и конструкторское содружество инженеров. Каждый из них вырабатывает свое собственное сознание, имеет дело не только с тем, что находится в его собственных мыслях и памяти, но и с новыми идеями, которые он получает от других. В 1953 году схема будущей ракеты была выбрана, и началось эскизное проектирование.

Путешествие вспять

В том же году произошло еще одно событие, которое определило многое в судьбе «семерки». 12 августа 1953 года прошли испытания первой водородной бомбы. Ее конструкция была на удивление компактной и вполне «вписывалась» в бомболюки тяжелых бомбардировщиков. А вот радиус действия этих самолетов был ограничен, требовалось новое средство доставки термоядерного заряда к цели.

Вскоре состоялась встреча генерал-полковника В.А. Малышева (он был назначен министром среднего машиностроения), И.В. Курчатова, Ю.Б. Харитона, К.И. Щелкина и Н.Л. Духова с руководством ОКБ-1. Королев рассказал о возможностях межконтинентальной баллистической ракеты, назвал и примерную дальность - 6-8 тысяч километров. «Годится», - не скрывал удовлетворения новый министр, - Сколько же может весить такая ракета?» Цифра, которую назвал Королев, тоже произвела впечатление: 170-180 тонн, «А поднять?» - самый щепетильный вопрос. «Примерно три тонны», - ответил Королев, чем вызвал разочарование «атомщиков». «Вы что! - нахмурился Малышев. - Так не пойдет, надо больше», «И нам надо, только не получается», - оправдывался Королев. И все-таки он смог увеличить грузоподъемность ракеты.

Работа над «семеркой» шла трудно. Противоречия гасились в «боях мнений», которые проходили в кабинете главного. Вариантов просчитывалось много. Был среди них и такой: первая ступень - несколько мощных ЖРД, а вторая - крылатая ракета. Инженерная интуиция подсказывала Королеву, что «пакет» и запуск всех двигателей на земле более перспективны.

Против неба на земле

«Закрытое» постановление ЦК и Совмина было подписано 20 мая 1954 года. В июле Королев завершил эскизное проектирование, в ноябре правительство одобрило проект. Уже тогда разработчики понимали, что для «изделия № 8К71» необходим стартовый комплекс, составляющий единую динамическую схему с ракетой. Создание его было возложено на ГСКБ Спецмашиностроения (п/я 3094). Правительственное постановление датировано 22 сентября 1955 года, а в декабре чертежи были переданы на заводы. Впечатляющие темпы, не правда ли? Главный конструктор «наземки» В.П.Бармин разработал уникальнейшую схему с удержанием ракеты «под поясок». Нужен был эксперимент по проверке работоспособности сложнейшего комплекса. Провести его можно было лишь в заводских условиях. Выбор пал на Ленинградский механический, где в свое время проводилась сборка орудийных систем главного калибра для линейных кораблей. Туда и отправили стартовую систему. Осенью 56-го года «семерка» впервые примерялась к своему пусковому устройству.

Создание БРДД обозначило и проблему полетных испытаний. Капустин Яр оказался мал, новый полигон начали строить близ станции Тюра-Там. В начале марта 1957-го на станцию прибыл эшелон, заявленный как литерный. Все вагоны были опломбированы, состав усиленно охранялся автоматчиками. Из Тюра-Тама эшелон проследовал к монтажно-испытательному корпусу «площадки № 2».

О ходе подготовки к первому пуску докладывали в Москву. Информация доходила до Н.С.Хрущева. Однажды он позвонил сам и высказал пожелание, испытания начать до 1 Мая, чтобы сделать стране «праздничный подарок». Техническое руководство (разработчики) возражало, ссылаясь на то, что Госкомиссия еще не приняла стартовый комплекс к эксплуатации.

Голос вне хора

Итак, 15 мая желаемый результат не был получен. В МИК начали подготовку к пуску следующей ракеты (№ 6Л). Предполагалось, что ее вывезут на старт до конца месяца, а 9 июня попробуют пустить. Уже шли предстартовые проверки, когда обнаружились неполадки в бортовом оборудовании. Королев нервничал. В такие минуты он был непредсказуем, от глубокой сосредоточенности вдруг резко переходил к суровой требовательности. Случалось, срывался на крик, но быстро отходил.

Ракету сняли со стартового стола, предварительно слив топливо. Операция эта достаточно муторная. Недаром на Байконуре родилась песня: «Эх, только б улетела, не дай нам Бог сливать»...

Пускали 12 июня. И тоже - неудача, ракета разрушилась на активном участке траектории. На заседании Госкомиссии неожиданно для всех маршал М.И. Неделин предложил снять «семерку» с испытаний: «Военным такое сырое изделие не нужно». Вот тут Королева прорвало. Он доказывал, что имеет право на большее число пусков, что «8К71» по своим показателям в 5-8 раз превышает все, что было достигнуто в ракетной технике, ее дальность и скорость фантастичны, и вообще все в ней характеризуется словами «впервые в мире». Королева поддержали Пилюгин и Руднев.

21 августа еще одно испытание. «Семерка» ушла со стартового комплекса, устойчиво отработала на всех этапах полета. Пятый пуск был произведен 7 сентября и тоже прошел успешно.

Прорыв в завтрашний день

На базе Р-7 была создана первая космическая ракета-носитель «Спутник», затем носители «Восток», «Молния», «Союз»... Новая ракета «Русь», которой предстоит заменить «Союзы», тоже по сути имеет прародительницей знаменитую долгожительницу - «семерку».

Перебирая летопись времен, можно сказать, что 1957 год, его весна и осень, стали прорывом в завтрашний день. Некогда совершенно секретное боевое «изделие 8К71», предназначенное для сдерживания агрессивных помыслов против России, открыло человечеству дорогу в космос.

Пройдет 30 лет, и в тот же самый день, 15 мая, Байконур проводит в первый полет самый мощный в мире носитель - «Энергию». Мы будем восхищаться ракетой, ее возможностями, оригинальностью конструкторского решения. Через полтора года «Энергия» выведет в космос «Буран». Выведет и... умрет. Такая же печальная судьба постигнет наш корабль многоразового действия,

Не будем спешить подписывать обвинение. Но то, что последние годы мы не просчитываем свои замыслы на перспективу, факт неоспоримый. Техника, тем более космическая, такого не прощает.

Михаил РЕБРОВ, "Красная Звезда" от 25 мая 1997 года.


Александр Красников kai@aha.ru

Последние изменения внесены 7 Июня 1997 г.